Денис Куталев астрология новых планет icon

Денис Куталев астрология новых планет



НазваниеДенис Куталев астрология новых планет
страница1/4
Дата конвертации26.10.2012
Размер0.77 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4

Денис Куталев

АСТРОЛОГИЯ НОВЫХ ПЛАНЕТ

(главы из книги)

Глава 1. Астрологи на распутье:

“интенсивная” и “экстенсивная” астрология.


На протяжении тысяч лет, с момента создания основ науки о гороскопах и вплоть до эпохи Нового времени, астрологи знали о существовании лишь семи “блуждающих” небесных тел: Солнца, Луны, Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера и Сатурна. Считалось, что всё многообразие явлений на Земле можно объяснить сочетанием воздействий этих семи тел. От выражения “блуждающая звезда”, кстати, произошло слово “планета” (греч. planetes – “блуждающий”).

Но с изобретением телескопа люди узнали, что и кометы подобны планетам и улетают далеко от Земли (тогда как раньше, со времён Аристотеля, доминировало мнение, что кометы – это лишь образования в земной атмосфере). Затем выяснилось, что небесные тела могут обращаться не только вокруг Земли или Солнца, – когда в начале 17 в. были открыты спутники Юпитера. И, наконец, в 1781 г., когда была обнаружена большая планета Уран, неизвестная ранее, началась новая эра в астрономии и астрологии. Поначалу астрологи практически не отреагировали на открытие Урана – видимо, до конца не веря в такое революционное событие. Лишь в 19 в. начали делаться первые попытки решения назревшей проблемы.

Важно сознавать, что весь многотысячелетний опыт предшественников не мог помочь астрологам 19 в. в решении проблемы новых планет. Ведь с незапамятных времён и до Нового времени астрология бытовала без учёта транссатурновых тел... Поэтому ни авторитет Птолемея, ни солидные астрологические своды арабских авторов, ни прозрения Нострадама не дали никаких ключей к ситуации, просто немыслимой для классической астрологии: согласно средневековой космологии, сразу за сферой Сатурна начинаются сферы неподвижных звёзд и Зодиака, “твёрдый свод небес”, и новым планетам просто неоткуда было взяться. С другой стороны, информация о том, как же именно первые звездочёты древности сумели определить астрологическое значение классических, видимых планет, тоже не была доступна астрологам 19 в. – и до сих пор является загадкой, ответ на которую теряется в незапамятных временах. Так что невозможно было пойти по стопам древних и в этом направлении.

Итак, что же могли сделать астрологи 19 в. в данной ситуации? Путей выхода из проблемы, строго говоря, было всего два. Их можно назвать “интенсивным” и “экстенсивным” путями.

Те, кто пошёл “интенсивным” путём, продолжают игнорировать небесные тела, которые не видны невооружённым глазом и использование которых не освящено древней традицией. Если древние мудрецы – Великие Учителя – не использовали эти планеты и, тем не менее, достигали потрясающих результатов в прочтении гороскопа, то и современным астрологам негоже идти на поводу у технических достижений западной науки.
Астрологи Азии (Индии, Китая, Тибета), в целом склонные к консерватизму, придерживаются в большинстве своём именно этого подхода. Они подчёркивают, что астрологические системы шлифовались на протяжении столетий, все явления жизни распределены между классическими планетами, и новые небесные тела не могут ничего добавить в эти системы, не разрушив их. Скажем, в китайской астрологии Солнце связано с началом ян, Луна – с началом инь, а пять планет – с пятью первоэлементами (“у син”), отражающими пять фаз в круговороте мировых процессов. Это замкнутая, целостная система, в которую просто невозможно добавить Уран, Нептун или какие-то другие планеты. Таким образом, позицию сторонников “интенсивного” направления можно выразить следующими словами: пусть даже новые планеты несут своё астрологическое влияние, но для учёта этого влияния необходимо создавать совершенно новую астрологическую систему и заниматься её отладкой много сотен лет. Но зачем вообще тратить на это время, если мы уже имеем системы, прекрасно зарекомендовавшие себя у бесчисленных поколений астрологов?

^ Экстенсивный” же путь, напротив, заключается в признании того факта, что все планеты (известные и ещё не открытые) имеют астрологическое значение. Существование новых планет открыла европейская наука, стремящаяся к постоянному расширению горизонтов, и закономерно, что именно в европейской традиции астрологии победил “экстенсивный подход”. Кроме того, на Западе Новое время было эпохой победы рационализма и опытной науки. Стало доминировать довольно критическое отношение к авторитетам прошлого – особенно если утверждения этих авторитетов не подтверждались на практике. Поэтому и астрологи Запада оказались более открыты к нововведениям, чем их традиционно настроенные восточные коллеги. Мнение сторонников “экстенсивного” направления можно сформулировать так: если мы как микрокосм подобны Большому Космосу, то любое событие в этом макрокосме имеет свои параллели в нашей жизни. И чем больше мы узнаём о Вселенной, тем лучше мы сможем понять себя.

Как ни парадоксально, но в этом западные астрологи современности полностью совпали во мнении со своими древнейшими предшественниками, которые практиковали астрологию предзнаменований за века и тысячелетия до нашей эры – в эпоху, когда ещё не была создана математическая астрономия. В те времена, когда звездочёты не знали всех нюансов в движениях небесных светил и ещё не стали самонадеянно считать, что они полностью постигли механизм “космических часов”, они относились к Небу как к огромной, вселенской книге, на страницах которой боги высказывают свою волю людям. Размеренное движение светил соотносилось со спокойным течением жизни на Земле. А вот любое необычное астрономическое событие предвещало серьёзные изменения в земных делах – к худу или добру. Так что, если бы телескоп был изобретён ещё в Древней Месопотамии, то любые новые объекты, которые жрецы увидели бы благодаря ему, безусловно, считались бы важным ключом к разгадке замыслов богов.

Вообще, если мы выбираем “экстенсивный” путь, то естественным будет следующее утверждение: “Все тела Солнечной системы (тему объектов далёкого космоса мы сейчас опускаем) должны иметь астрологическое значение”. Если это так, то нам необходимо выстроить иерархию значимости всех этих тел, не упуская и искусственно не выделяя из общего ряда ни одно из них. Поэтому необходимы исследования в таких слабо разработанных областях, как астрология спутников планет, астрология метеорных потоков, астрология искусственных спутников и космических аппаратов, и т.д. и т.п.

После того, как мы обозначили два пути решения проблемы, становится ясным, что “интенсивный” путь оказался хорош тем, что не потребовал никаких затрат на пересмотр существующих астрологических систем. А вот тем астрологам, которые уже больше не могли игнорировать тот факт, что планет на самом деле не семь, пришлось гораздо труднее. Во-первых, они были вынуждены пересмотреть бытовавшие на протяжении многих веков системы астрологической иерархии небесных тел. Это им давалось и даётся нелегко: когда астрологи, наконец, находили новому небесному телу место в своих построениях, на них сваливалось новое открытие... И так продолжается по сей день.

Но, как гласит народная мудрость, “взялся за гуж – не говори, что не дюж”. Если западная астрология признала, что Уран, Нептун и Плутон являются равноправными планетами, учёт которых необходим для понимания полной картины мира, то с каждым новым астрономическим открытием в этой области астрологи должны пересматривать свои концепции, находя в них место для новых планет.

С этой точки зрения, очень важными оказались последние десятилетия. Во-первых, технические достижения в области астрономии привели к резкому увеличению числа известных малых планет. И астрологи, решившие обратиться к этим объектам, пришли к сенсационному и "неудобному" для традиционалистов выводу, что астероиды, несомненно, "работают" в гороскопе. Поэтому как никогда ранее оказался акцентирован вопрос о том, какие астрономические объекты являются основными при анализе гороскопа, а какие – второстепенными. Эта проблема уже вставала перед астрологами два столетия назад, при открытии Урана, первых астероидов, а затем и Нептуна: являются ли невидимые планеты “равноправными” или же они несут дополнительные значения и проявляются только при поддержке классических планет септенера? Кроме того, одинакова ли сила воздействия Урана, Нептуна и Плутона? Ведь если Уран и Нептун – это планеты-гиганты, то Плутон гораздо меньше их по размерам и массе. Большинство астрологов пришло к выводу, что размеры и масса планеты не играют существенной роли, гораздо более важна орбита, по которой она движется. Таким образом, Плутон получил практически равный статус по сравнению с другими планетами.

Но здесь встаёт другой вопрос, и он связан с астероидами. Если размеры планеты не являются определяющими, то тогда и астероиды также должны быть введены в анализ астрологической карты на равных основаниях с большими планетами. Однако тот факт, что малых планет существует тысячи и тысячи, приводит нас в тупик. По поводу астероидов единодушия среди астрологов не существует до сих пор. Мнения здесь разделились на четыре основных группы:

 

  1. размеры, конечно, не очень существенны, но всё же астероиды на порядок мельче больших планет, и при анализе гороскопа 10 планет вполне достаточно;

 

  1. большинство малых планет образует единый пояс между орбитами Марса и Юпитера, и в целом все они представляют единый принцип, который связан с распавшейся на пояс астероидов или ещё не образовавшейся планетой (Фаэтон); поэтому в гороскопе можно учитывать точку, символизирующую этот единый принцип: скажем, какой-либо общий “центр тяжести” малых планет или первый открытый астероид Цереру (он же – до недавних пор – считался самым крупным, его диаметр всего в 2,5 раза меньше, чем у Плутона);

 

  1. учитывать следует первые четыре открытых астероида, т.наз. “Большую четвёрку” – Цереру, Палладу, Юнону и Весту, – которые представляют четыре основные грани проявления принципа “Фаэтона”; это самые крупные и самые яркие астероиды, остальными же можно пренебречь;

 

  1. в принципе, все астероиды имеют астрологическую значимость; они проявляются в гороскопе, когда связаны сильными и точными аспектами с большими планетами; кроме того, в конкретных ситуациях следует учитывать малые планеты, которые по названию или мифологеме связаны с данным случаем (напр., проанализировать астероид Александра в гороскопе женщины с таким именем, и т.п.).

Приведённые выше варианты не являются единственными, и каждый астролог сам решает этот вопрос. Вот лишь один характерный пример: известная исследовательница астероидов, американский астролог 20 в. Эмма Белла Донат при работе с гороскопом предлагала учитывать планеты септенера, “Большую четвёрку” астероидов, но не учитывать Плутон (по уже указанным соображениям). Вместо него Донат предпочла гипотетический Трансплутон, который, по предварительным оценкам, должен иметь гораздо большую массу, нежели Плутон. Кроме этого, Донат использовала также инфрамеркурианский Вулкан*.

* См., например, её книгу: Donath E.B. Relocation. - Tempe, Arizona: AFA, 1988.

И подобных вариантов, какие планеты использовать, а какие нет, – масса. При этом я не буду ещё расширять тему обсуждением правомерности использования гипотетических планет.

Ситуация ещё более обострилась с открытием Хирона. Доводы “за” и “против” его использования стали звучать всё те же, что и ранее по поводу Плутона. Часть астрологов практически приравняла Хирон к большим планетам, мотивируя это тем, что уникальное расположение его орбиты делает это небесное тело связующим звеном между планетами септенера и высшими планетами. Противники причисления Хирона к большим планетам указывают, что он имеет совершенно ничтожные размеры и массу и является обычным астероидом. Обнаруженные несколько лет назад признаки кометной активности у Хирона лишь усложнили дело. До Хирона ни одна комета не использовалась в астрологической практике на одном уровне с планетами, но наработанный опыт многих астрологов при этом показывает, что Хирон очень ощутимо действует в каждом гороскопе.

Таким образом, на повестку дня встал ещё один вопрос – об использовании комет при анализе гороскопа. Однако последние открытия астрономов показали, что все это были ещё “цветочки”. “Ягодками” оказалось открытие с 1991 г. ещё нескольких десятков малых тел, орбиты которых “связывают” высшие планеты с планетами септенера (Дамокл, Фол, Несс, Харикло и другие).

Но и на этом открытия не закончились. С 1992 г. астрономы начали открывать сотни тел за пределами орбиты Нептуна; все они имеют массу, сравнимую с массой крупнейших астероидов. Всего же в этом рое малых тел на краю планетной системы, получившем название “пояс Койпера”, предполагается наличие нескольких десятков тысяч объектов, а суммарная масса этого пояса может превышать массу Земли. Более того, около 25% открытых объектов пояса Койпера двигаются по орбитам, очень похожим на орбиту Плутона, и с тем же периодом обращения вокруг Солнца (к началу 2003 г. астрономы обнаружили уже около 150-ти таких "плутоноподобных" астероидов). Это открытие вновь выбило почву из-под ног у астрологов, которые договорились было продолжать считать Плутон большой планетой из-за его уникальной орбиты, – а тут выяснилось, что эта орбита вовсе не уникальна. Поэтому на повестке дня сейчас вновь стоит вопрос о статусе Плутона – как астрономическом, так и астрологическом.



Самое примечательное, что к концу 20 века в астрологии работало множество “новых традиционалистов”. После того, как в 1930 г. был открыт Плутон, с обнаружением планет на полвека наступило затишье. За эти десятилетия сложился ряд новых систем, оперирующих Ураном, Нептуном и Плутоном – которые вскоре тоже стали восприниматься как традиционные. И когда астрономы начали открывать новые объекты, подобные Хирону или транснептуновым планетам, многие астрологи стали высказываться примерно так же, как традиционалисты в 19 веке. Мол, если Рейнгольд Эбертин, Чарльз Картер и Дэйн Радьяр не учитывали Хирон и прекрасно без него обходились, то зачем его учитывать нам? И зачем нам пересматривать статус Плутона, если все классики астрологии 20 века учитывали эту планету на равных с Нептуном или Ураном?

Но позиция таких “новых традиционалистов” гораздо более уязвима, чем позиция тех астрологов, которые вообще не используют транссатурновых планет. Ведь у них можно спросить: а почему вы остановились именно на Уране, Нептуне и Плутоне? А если бы, к примеру, Плутон до сих пор не был бы открыт (современные астрономы признают, что открытие Плутона было, в целом, счастливой случайностью), но зато обнаружили бы другую планету? А знаете ли вы, что диаметр Плутона всего в два раза больше, чем у открытого недавно Иксиона, который имеет практически такой же период? А вы знаете, что диаметр обнаруженного в 2002 г. Кваоара даже больше, чему Иксиона? А что масса Плутона – всего две тысячных (!) массы Земли? Почему же вы рассматриваете его наравне с планетами-гигантами, которые в тысячи раз его больше, но игнорируете другие малые планеты? И вообще, надо быть последовательными до конца: или мы признаём, что все небесные тела имеют астрологическое значение, или мы должны полностью следовать авторитету “отцов-основателей” астрологии, пренебрегая всеми планетами, за исключением классической семёрки.

Однако, хотя подавляющее большинство западных астрологов (и ряд их восточных коллег) не ограничиваются в своей работе планетами септенера, полностью последовательных астрологов “экстенсивного” направления не так уж много. Тому есть несколько причин.

Во-первых, многие боятся “утонуть” в обилии открытых небесных тел. Одно дело оперировать десятью планетами, а совсем другое – десятками и сотнями, при том, что иерархия значимости этих многочисленных точек гороскопа не совсем ясна.

Вторая причина, связанная с первой, заключается в отсутствии сформировавшихся школ “экстенсивной астрологии”. Если о десяти планетах любой начинающий астролог может прочитать во множестве учебников, может узнать об опыте работы своих учителей с данными планетами и может спокойно найти соответствующие эфемериды, то с новыми небесными телами ситуация совсем иная – именно потому, что они новые. Поэтому нет ничего удивительного, что многие астрологи продолжают работать с десятью планетами (разве что с добавлением Хирона), даже сознавая нелогичность такого выбора. “Вот, говорят, открыли планету Кваоар за Плутоном. И ещё ряд других. И где нам взять эфемериды для Кваоара и Ко.? И как трактовать их всех? Не знаете? Ну, тогда будем пока продолжать пользоваться тем набором планет, что нас учили”.

Ситуация осложняется тем, что если после открытия первых планет, не видимых невооружённым глазом, у астрологов была возможность тщательно изучить воздействие каждой из них (промежутки времени между открытиями Урана, Нептуна и Плутона составляли более полувека), то сейчас астрологи, стоящие на “экстенсивном” пути, оказались в цейтноте – быстрый прогресс в области астрономических наблюдений привёл к резкому уменьшению этих промежутков времени. Так, за каких-то девять лет после открытия первой планеты за Плутоном (1992) было открыто четыре сотни других транснептуновых объектов, а общее число нумерованных малых планет уже перевалило за 33000!

Но все перечисленные проблемы не являются такими уж серьёзными, как кажется на первый взгляд.

Подключение к традиционному набору планет ряда новых объектов может вызвать ощущение лавины второстепенной информации лишь при первом знакомстве с “экстенсивным” подходом. На самом деле, большие и малые планеты, кентавры, кометы и прочее могут быть очень чётко расклассифицированы – как астрономически, так и астрологически. Просто нужно ясно понимать, в каких случаях какой набор объектов оптимален для астрологического анализа. Здесь можно провести сравнение с набором карандашей или мелков у художника: да, основных цветов радуги семь, но чем больше будет выбор тонов и оттенков, тем богаче будет арсенал художника, тем он точнее сумеет выразить на бумаге возникающие у него образы. Где-то он сделает набросок простым карандашом (астрологически говоря, учтёт лишь положение Солнца в гороскопе), где-то сумеет обойтись “септенером”, получив ряд новых цветов наложением двух цветов радуги – хотя и получит не совсем тот оттенок цвета, который должен быть в идеале… Но когда художник захочет получить наиболее точный портрет человека или наиболее законченное воплощение своей фантазии, он предпочтёт иметь в своём распоряжении как можно больше карандашей разных цветов. Однако, никто ведь не заставляет его в каждой своей картине использовать весь набор карандашей и красок (причём использовать все цвета в равных количествах). Потому и в астрологии возможность дополнительных оттенков и уточняющих мазков должна только радовать.

Что касается проблем отсутствия школы, традиции интерпретаций и эфемерид новых планет, то это сложности преходящие. И данная книга, будем надеяться, окажется существенным подспорьем для разрешения этих проблем.

Наконец, справиться с цейтнотом, в котором оказалась астрология в связи со всё увеличивающимся количеством астрономических открытий, тоже реально. Наиболее разумным решением здесь является разработка общего подхода к определению астрологического значения “свежеоткрытых” планет и астероидов. Такой подход позволил бы за минимальное время провести “экспресс-анализ” значения каждой новой планеты, результаты которого затем можно положить в основу дальнейших исследований влияния данного небесного тела. Именно создание подобного общего подхода было главной целью автора этой книги при её написании.

В завершение этой вводной главы хотелось бы вспомнить часто встречающееся определение астрологии как особого символического языка. С этой точки зрения, “интенсивный” путь астрологии подобен древнему мёртвому языку: он может быть очень красив и выразителен, его необходимо знать, чтобы изучать шедевры научной и художественной литературы прошлого. Но это всё равно мёртвый язык, который не в состоянии отразить многие современные явления и понятия. “Экстенсивный” же путь представляет собой живой, развивающийся язык, который находится в процессе постоянного изменения, обогащения новыми словами и оборотами – для того, чтобы отобразить саму нашу Жизнь во всём её многообразии.

Глава 2.

Современная классификация планет.

В этой главе мы суммируем астрономические данные, упомянутые в первой главе, и представим основные сведения о телах Солнечной системы, необходимые нам для дальнейшего изложения материала.

Если мы зададимся вопросом: “Сколько же всего планет в Солнечной системе?” – то на современном уровне знаний о космосе мы не получим точного ответа. Во-первых, астрономы наравне с большими планетами (такими, как Земля, Юпитер или Уран) выделяют обширный класс малых планет, называемых также астероидами. За последние двести лет открыты десятки тысяч астероидов, а их общее количество оценивается в сотни тысяч... Причём граница между большими и малыми планетами очень условна и расплывчата. Так, современные астрономы спорят, считать ли Плутон большой планетой или же всё-таки астероидом – ведь по массе и размерам он находится примерно посередине между крупнейшими астероидами и самыми мелкими из больших планет...

Очень долго считалось, что практически все астероиды происходят из зоны между Марсом и Юпитером – где то ли разорвалась, то ли так и не сформировалась ещё одна планета. Но вот обнаружили малые планеты-“кентавры”, которые летают между орбитами самых дальних планет (Урана, Нептуна, Плутона), никогда не приближаясь даже к орбите Юпитера, а с 1992 г. начали открывать планеты, принадлежащие к целому рою ледяных тел за орбитой Нептуна, на самой окраине планетной системы. Причём эти тела по своим размерам вполне соизмеримы с Плутоном. В этом рое, получившем название “пояса Койпера” уже обнаружено около 800 малых планет, а их общее число, как предполагают, исчисляется десятками тысяч.

Кроме того, в последние годы открыт ряд небесных тел, свойства которых размывают границу между планетами и кометами: с одной стороны, известны кометы, которые совсем не приближаются к Солнцу и движутся по орбитам, характерным для малых планет, а с другой – открыты малые планеты, которые движутся по очень вытянутым орбитам, типичным для комет, но при этом не имеют ни хвоста, ни каких-либо иных признаков кометной активности....

Таким образом, перед астрологами в наше время встала проблема, какие всё-таки объекты следует им учитывать и каково астрологическое значение этих объектов. В данной книге мы сосредоточимся на планетах, не касаясь сложного вопроса о том, почему в астрологии не принято систематическое использование комет (эта тема достойна отдельного обсуждения).

А для начала – проведём классификацию планет.

 

^ А. Большие планеты.

Большие планеты Солнечной системы известны всем. К числу этих крупнейших планет относятся Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран, Нептун – и, под знаком вопроса, Плутон. Большие планеты астрономически делятся на две группы: земную группу и группу планет-гигантов.



К земной группе относят Меркурий, Венеру, Землю и Марс. Это ближайшие к Солнцу планеты, которые ощутимо меньше по размерам и массе, чем планеты-гиганты, имеют твёрдую поверхность и довольно высокую плотность, а также, кроме Меркурия, обладают атмосферами. В астрологии их называют быстрыми или индивидуальными (личными) планетами, поскольку даже самая медленная из них (Марс) совершает оборот по Зодиаку менее чем за два года. Таким образом, положение этих планет в зодиакальных знаках является индивидуальным даже в гороскопах людей, родившихся в один год, и описывает их личные особенности. С геоцентрической точки зрения, к быстрым, личным планетам относятся также Солнце и Луна.

^ Группа планет-гигантов включает в себя Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун. Они представляют собой газообразные тела, сжатые под гигантским давлением; они значительно больше по размерам и массе, чем планеты земной группы, меньше по плотности, быстрее вращаются. Все планеты-гиганты имеют многочисленные семьи спутников и системы колец. Около 98% суммарной массы планет Солнечной системы приходится на долю планет этой группы. В астрологии их называют медленными планетами или планетами поколений, поскольку их зодиакальные положения в гороскопах сверстников мало отличаются. Самая быстрая планета этой группы (Юпитер) обходит Зодиак за 12 лет, а самая медленная (Нептун) – за 165 лет.

Плутон занимает совершенно особое положение. Во-первых, хотя он расположен за планетами-гигантами, его физические характеристики близки скорее к планетам земной группы. Плутон является твёрдым телом, а не газообразным, имеет лишь один спутник и не имеет колец. Его масса и размер гораздо меньше, чем у планет-гигантов, рядом с которыми он расположен. То есть, Плутон никоим образом не может быть поставлен в один ряд с Ураном или Нептуном. Более того, даже в сравнении с планетами земной группы Плутон ощутимо проигрывает им в размерах. Отсюда возникает резонный вопрос к астрологам: имея массу в 0.0024 массы Земли и радиус в 0.18 радиуса Земли, может ли Плутон считаться не менее значимым, чем Нептун, масса которого в 7167 раз больше?

Если же считать, что в астрологии важна не масса планеты, а уникальность её орбиты, то и тут Плутону приходится отказать в значительности: к 2003 г. было открыто примерно полторы сотни (!) малых планет, которые двигаются по орбитам, сходным с орбитой Плутона, и с тем же периодом (в резонансе 2:3 с периодом Нептуна). Причём размеры этих “плутино”, как их назвали астрономы, довольно внушительны (до половины диаметра Плутона). Кроме того, само наличие резонанса в движении Плутона с движением соседней большой планеты (он делает два оборота вокруг Солнца за то же время, за которое Нептун делает три оборота) более свойственно астероидам. И наталкивает на мысль о несамостоятельности Плутона и в астрологическом смысле… Большой наклон орбиты Плутона к эклиптике также совершенно нехарактерен для крупных планет, являясь при этом обычным для астероидов.

Наконец, и наличие спутника не является аргументом в пользу того, чтобы причислять Плутон к большим планетам, поскольку за последние годы открыто уже несколько "бинарных объектов пояса Койпера" - т.е. дальних астероидов, которые имеют астероиды-спутники, обращающиеся вокруг них. Кстати, спутник Плутона Харон имеет такую большую относительную массу, что в результате не Харон обращается вокруг Плутона, а они оба движутся вокруг центра масс, расположенного между ними. Так что пару Плутон-Харон тоже можно считать бинарным объектом пояса Койпера. (Кстати, удивительно, что практически никто из астрологов не учитывает в своей работе тот факт, что здесь мы имеем дело с “двойной планетой”.)



Последний разумный аргумент сторонников причисления Плутона к большим планетам – это его шарообразность. Как известно, все большие планеты (и многие их спутники) приобрели шарообразную форму в процессе планетообразования, тогда как астероиды имеют неправильную форму – это своего рода космические обломки или мусор, оставшийся при строительстве Солнечной системы. Однако и здесь есть несколько “но”. Во-первых, мы пока не имеем точных сведений о форме всех других объектов, открытых за орбитой Нептуна. Вполне возможно, что среди них есть и шарообразные. Во-вторых, согласно одной из версий о происхождении Плутона, он является оторвавшимся когда-то спутником Нептуна. Тогда несомненно, что спутник, к тому же оторванный от материнской планеты, не стоит рассматривать как полноценную большую планету…

Как бы то ни было, Плутон занимает промежуточное положение между большими и малыми планетами: как по своей орбите (напомню, что он находится в гуще малых планет со сходными параметрами орбиты), так и по размерам: Меркурий (самая маленькая из остальных восьми планет) имеет диаметр примерно в два раза больше, чем у Плутона, тогда как диаметры Кваоара и Иксиона (крупнейших астероидов) примерно в два раза меньше, чем у Плутона.

^ Сравнительные характеристики планет
(за единицу приняты земные параметры)


Планета

Наименьшее удаление от Солнца

^ Масса без спутников

Диаметр

Продолжительность года

Меркурий

0.312

0.055

0.382

0.240

Венера

0.730

0.815

0.949

0.615

Земля

1.000

1.000

1.000

1.000

Марс

1.405

0.107

0.532

1.880

Юпитер

5.037

317.938

11.209

11.862

Сатурн

9.164

95.181

9.449

29.458

Уран

18.60

14.531

4.007

84.015

Нептун

30.31

17.135

3.883

164.788

Плутон

30.09

0.002

0.180

247.697

  

В. Малые планеты.

Малые планеты Солнечной системы (астероиды) группируются в два больших роя, или пояса: это главный, или основной пояс между орбитами Марса и Юпитера и пояс Койпера за орбитой Нептуна (он получил своё название в честь астрофизика Дж.Койпера, предвосхитившего открытие этого внешнего кольца астероидов почти на полвека). Число известных астероидов в первом поясе исчисляется десятками тысяч, во втором – пока лишь сотнями. Но здесь следует учесть, что открытие малых планет в поясе Койпера технически ограничено проницающей силой земных телескопов, ставших достаточно мощными для обнаружения дальних астероидов лишь в последние годы. Да и сейчас тела, открываемые за Нептуном, находятся близ предела видимости. При этом их размеры весьма велики в сравнении с астероидами основного пояса и исчисляются сотнями километров. Так, за двести лет наблюдений было открыто лишь 25 астероидов между Марсом и Юпитером, диаметр которых превышает 200 км (самый крупный был открыт в 1801 г. – это Церера с диаметром 913 км). Тогда как всего за десятилетие наблюдений в мощные телескопы было открыто свыше сотни тел пояса Койпера с такими большими размерами. И не исключено, что в ближайшее время там будут открыты астероиды, не уступающие по величине Плутону. А уж о количестве мелких астероидов пояса Койпера, до сих пор недоступных для наблюдения с Земли, судить пока и вовсе невозможно.

Для астрологии особый интерес представляют малые планеты, не сливающиеся с общим роем, имеющие уникальные характеристики орбиты. Поэтому обратимся к более детальной астрономической классификации астероидов.

Около 98% астероидов из тех, что не улетают за пределы орбиты Сатурна, движутся по орбитам с большой полуосью 2.1 – 4.3 а.е. с малыми эксцентриситетами (от 0 до 0.2, редко до 0.4) и малыми наклонами к плоскости эклиптики (обычно от 5 до 10°). Это и есть главный пояс между орбитами Марса и Юпитера.

Для тех, кто слабо знаком с астрономическими характеристиками, поясним: большая полуось эллиптической орбиты небесного тела, обращающегося вокруг Солнца, равна (согласно свойствам эллипса) среднему расстоянию от этого тела до Солнца. Большая полуось сокращённо обозначается а. Далее, “а.е.” – это “астрономическая единица”. Так называется среднее расстояние от Земли до Солнца (то есть, большая полуось земной орбиты). Мы можем записать это так: для Земли а=1 а.е.

Теперь об эксцентриситете орбиты. Так называется параметр, равный отношению расстояния между фокусами этой орбиты к её большой оси. Значение эксцентриситета (сокращённое обозначение – е) меняется от 0 до 1. При e=0 эллипс превращается в правильную окружность, а при е=1 – в разомкнутую кривую – параболу, имеющую лишь один фокус. Все большие планеты Солнечной системы, кроме Меркурия и Плутона, имеют очень маленький эксцентриситет, т.е. движутся по орбитам, близким к правильным окружностям. Наиболее близкие к нулю эксцентриситеты имеют Венера и Нептун.

Наконец, о наклоне орбиты (или наклонении, сокращённо обозначается i). Как несложно догадаться, это угол, который образуют плоскость орбиты планеты и плоскость эклиптики (т.е. плоскость орбиты Земли). Наклон орбиты может иметь значения от 0 до 180°. Если он меньше 90°, то движение планеты относительно движения Земли называют прямым, если же больше – то обратным (не путать с директным и ретроградным движением планеты!). Все большие планеты имеют очень малый наклон орбиты, двигаясь практически в плоскости эклиптики. Как мы уже говорили, исключением является Плутон с наклонением в 17 с лишним градусов. Из остальных планет самый большой наклон орбиты у Меркурия – 7 градусов. Обратное движение имеют лишь несколько малых планет с необычными орбитами.

Итак, возвращаясь к основному поясу астероидов: легко догадаться, что малые планеты, выбивающиеся из этого пояса, группируются в зависимости от их большой полуоси, наклонения и эксцентриситета орбиты.

Среди астероидов, расположенных за внешними пределами пояса, наиболее известны и многочисленны два семейства, называемые ахейцами (греками) и троянцами. Они движутся примерно по орбите Юпитера и группируются вокруг т.наз. точек Лагранжа: в 60-ти градусах перед Юпитером (ахейцы) и в 60-ти градусах позади него (троянцы). К январю 2003 г. было открыто 1562 таких астероида, большинство из которых находится в "предшествующей" группе (962 против 600 в "последующей" группе). Они не остаются на одном месте орбиты, а колеблются вокруг точек Лагранжа с циклами в 150-200 лет, удаляясь или приближаясь к Юпитеру в пределах 45-80°. Первым из астероидов на орбите Юпитера был открыт Ахиллес (в 1906 г.), откуда впоследствии и возникла традиция присваивать всем подобным астероидам имена героев Троянской войны.

Некоторые другие большие планеты тоже имеют свою "свиту" астероидов, сопровождающую их. Так, несколько астероидов движутся в точках Лагранжа на орбите Марса (Эврика и ещё 5 пока не именованных астероидов; также близ Марса постоянно находятся малые планеты, подобные Караюсуфу и Дэвиду Хьюзу). Недавно был открыт и первый "троянец" Нептуна (его предварительное обозначение - 2001 QR322). Но два семейства малых планет на орбите Юпитера самые многочисленные.

Отдельно стоит поговорить об астероидах, приближающихся к орбите Земли или даже пересекающих её. Их орбиты обычно имеют большие наклоны и эксцентриситеты. Здесь астрономы выделяют три основных семейства:

  • мелкие астероиды, приближающиеся к орбите Земли, но не пересекающие её (группа Амура, или амурцы); 

  • малые планеты, проникающие внутрь земной орбиты (группа Аполлона, аполлонцы);

  • малые планеты, движущиеся бóльшую часть времени внутри земной орбиты, но при максимальном удалении от Солнца пересекающие её (группа Атона, атонцы).

Согласно сложившейся традиции, астероиды, приближающиеся близко к Солнцу, нередко называют в честь мифологических персонажей, связанных с солнечной тематикой (Амон, Икар и т.п.).

 

Отметим, что с астрологической точки зрения некоторые из астероидов этих семейств можно отнести к особым группам. Например, малые планеты, движущиеся всё время почти на орбите Земли (пусть и не в точках Лагранжа) или имеющие большую полуось, практически равную земной, должны иметь особое значение. Стоит обратить внимание и на астероиды, удаляющиеся в афелии за орбиту Юпитера (назовём такие астероиды с вытянутой орбитой группой Гидальго) или даже за Сатурн (тогда мы их отнесём к группе Дамокла, о которой речь пойдёт ниже).

Вообще, примерно половина всех астероидов образует группы, члены которых имеют схожие орбиты и поэтому расположены в пространстве близко друг к другу. Существование подобных группировок впервые было отмечено японским астрономом Киоцуго Хираяма в 1918 г., поэтому их называют "семействами Хираямы". Уже обнаружено больше сотни таких семейств. Во многих случаях членами семейства оказываются астероиды, относящиеся к подобным или связанным типам, что заставляет думать, что они образовались при разрушении одного исходного тела.

Под действием планетных возмущений многие из астероидов кочуют из одной группы в другую. Возможны даже их столкновения с Землёй. Подобные малые планеты проходят вблизи Земли с разных её сторон и, в отличие от астероидов главного пояса (которые видны в полосе зодиакальных созвездий), они проецируются в самые различные места – вплоть до полюсов мира. Согласно оценкам, ожидаемое число всех астероидов с диаметром более 1 км и с орбитами, скрещивающимися с орбитой Земли, должно превышать 1300. Ряд учёных серьёзно обеспокоены опасностью столкновения крупного астероида с Землёй. Так, по расчётам NASA, для современного человека вероятность умереть в результате подобного столкновения в 6.6 раза выше, чем вероятность смерти в авиакатастрофе. Создана специальная служба слежения за близкими малыми планетами, разрабатывается комплекс программ предотвращения их столкновения с Землёй. В связи с этим, хочется задать вопрос противникам учёта астероидов в астрологии: значим ли астрологически астероид, который может буквально упасть нам на головы? Я думаю, ещё как!

Особого внимания астрологов удостоились малые планеты, связывающие в своём движении орбиты высших планет с орбитами планет септенера. Это, прежде всего, так называемые кентавры. Так называются астероиды, движущиеся между орбитой Юпитера и поясом Койпера. В 1977 г. было открыто первое подобное тело – Хирон. В 1992 г. был обнаружен второй кентавр – Фол, а в 1993 г. – третий, Несс. Сейчас известно почти полсотни; из них собственные имена получили, кроме перечисленных, ещё Асбол, Хилонома и Харикло (крупнейший из известных кентавров с достоверно вычисленной орбитой).

Название этой группы небесных тел обусловлено тем, что первый такой объект, Хирон, был назван в честь знаменитого мудрого кентавра из мифов Древней Греции. Поэтому и другие объекты, имеющие астрономические характеристики, сходные с Хироном, также в большинстве своём получили имена в честь мифических кентавров (что интересно, Несс явился первым небесным телом, название для которого было предложено астрологами).

С кентаврами много общего имеет группа астероидов с кометоподобными, очень вытянутыми орбитами, которые также связывают орбиты видимых и невидимых планет, но в перигелии приближаются гораздо ближе к Солнцу, тогда как в афелии удаляются на окраины Солнечной системы. Первый объект такого рода был открыт в 1991 г. и получил имя Дамокл. Он имеет период 40.7 года, в своем движении проникает внутрь орбиты Марса, проносится мимо Земли, а затем улетает за орбиту Урана. К январю 2003 г. было известно 18 "дамоклианцев". Все эти малые планеты объединяет наличие вытянутой орбиты при отсутствии кометной активности, их афелии находятся за орбитой Сатурна, а перигелии – внутри орбиты Юпитера. Астрономы не находят им места в своих астрономических классификациях, просто включая их в число "необычных малых планет". Но с астрологической точки зрения они подобны Дамоклу, соединяя орбиты и, соответственно, астрологические значения нескольких больших планет. Поэтому вполне оправдано их выделение в особую группу Дамокла.



Переходя к объектам пояса Койпера (сокр. KBO – от. англ. Kuiper Belt Object), отметим, что практически все известные транснептуновые планеты принадлежат к одной из четырёх групп. Самую большую группу составляют объекты пояса Койпера, движущиеся по орбитам, близким к круговой, и имеющие период обращения примерно в 260–320 лет. Объекты этой группы называют "кьюбиванами" (англ. cubewano, от обозначения первого открытого тела, принадлежащего к данной группе, – 1992 QB1). Их движение не контролируется резонансом с какой-либо из планет-гигантов. Самый крупный КВО этой группы, известный к настоящему времени, одновременно является и самым крупным астероидом во всей Солнечной системе. Это Кваоар, имеющий период в 284 года и диаметр не менее 1200 км. Всего к 2003 году открыто около 500 кьюбивано.



Вторую группу составляют объекты, астрономические характеристики которых подобны характеристикам Плутона: они имеют период обращения в 240 с лишним лет, и, подобно Плутону, их орбитальное движение находится в резонансе с движением Нептуна с отношением 2:3. К этой группе, как мы уже говорили, принадлежат примерно 25% объектов пояса Койпера. Их называют "плутино", т.е. "плутончики" (англ. plutino). На самом деле, их размеры не так уж малы по сравнению с Плутоном, и потому, как мы уже говорили, многие астрономы склоняются считать Плутон не самостоятельной большой планетой, а крупнейшим из открытых на сегодняшний день объектов пояса Койпера. Самый яркий плутино, открытый к январю 2003 г., имеет диаметр примерно в половину диаметра Плутона. Это уже упоминавшийся Иксион.

^ Сравнительные характеристики Плутона и Иксиона

Параметры

Плутон

Иксион

Период обращения

247,7 лет

247 лет

Большая полуось

39.260

39.343

Эксцентриситет

0.245

0.244

Наклон орбиты

17.148°

19.683°

Диаметр

2290 км

ок. 1100 км

Положение в 0ч GT 1.1.2001

13°46' Стрельца

5°47' Стрельца

Третью, немногочисленную группу, составляют транснептуновые объекты, движущиеся в каким-либо ином резонансе с Нептуном, нежели 2:3 (например, 1:2).

Наконец, в четвёртую транснептуновую группу входят малые планеты с очень вытянутыми орбитами, которые никогда не приближаются к Солнцу ближе, чем Сатурн (известно лишь одно исключение: совсем недавно открытый 2002 VQ94, подлетающий в перигелии почти к Юпитеру). Соответственно, их афелии находятся в самых отдалённых окраинах Солнечной системы. Представителей этой группы сокращённо называют SDO (англ. Scattered Disk Object, от scattered – "рассыпанный, разбросанный"). Поскольку SDO находятся в пределах пояса Койпера лишь часть времени, когда они движутся близ своего перигелия, астрономы сейчас склонны выделять SDO в особый класс транснептуновых объектов, не считая их объектами пояса Койпера как такового. Самую вытянутую орбиту из планет этой группы имеет 2000 OO67 с периодом обращения вокруг Солнца 13300 лет.

Суммируем классификацию астероидов в следующей таблице (я называю эту классификацию астрологической, поскольку она несколько отличается от стандартной астрономической; в частности, здесь присутствуют астрологически значимые группы Гидальго и Дамокла, которые астрономами в отдельные семейства не выделяются):

^ Астрологическая классификация основных групп астероидов
(количество открытых астероидов дано по состоянию на 26.01.2003)

^ Группа малых планет

Перигелий (максимальное приближение к Солнцу)

Афелий (максимальное удаление от Солнца)

Кол-во
известных
членов


группы Атона (a < 1 а.е.) и Аполлона (a > 1 а.е.)

ближе Земли

дальше Земли, но ближе Юпитера

170 и 1011

группа Амура

не ближе Земли и не дальше 1.3 а.е.

ближе Юпитера

979

группа Эврики

около Марса

около Марса

6

главный пояс (группа Цереры)

дальше Марса

ближе Юпитера

свыше 50000

ахейцы и троянцы

около Юпитера

около Юпитера

1562

группа Гидальго

глубоко внутри орбиты Юпитера

не ближе Юпитера и не дальше Сатурна

46

кентавры

не ближе Юпитера

ближе кьюбивано

47

группа Дамокла

ближе Юпитера

дальше Сатурна

18

Плутон и плутино

около Нептуна

около кьюбивано

139

кьюбивано и пр. (основной пояс Койпера)

дальше Нептуна, около афелия Плутона

дальше Нептуна, около афелия Плутона

514

SDO

дальше Юпитера

дальше кьюбивано

78

В целом, если говорить об астрологическом значении всех этих объектов, то можно отметить, что те астероиды, которые пересекают орбиты каких-либо больших планет, “заряжаются энергией” данных планет. Если астероид с вытянутой орбитой соединяет орбиты двух планет, то он и астрологически соединяет в себе качества этих планет. Если же астероид не пересекает никаких планетарных орбит и по прочим своим астрономическим параметрам ничем не примечателен, то его астрологическое значение большей частью определяется именем и связанным с ним символическим рядом.

Отсюда естественным образом следует, что астероиды с уникальной орбитой могут быть введены в астрологическую практику и плодотворно использоваться ещё до того, как астрономы договорятся об их именах (конечно, если орбита подобного астероида просчитана довольно точно). Но раз так, нам следует поговорить о том, как же астрономы обозначают малые планеты до присвоения им имён.

Предварительные обозначения астероидов выглядят следующим образом: 1990 AA, 1992 QB1, 2000 CR105. В подобном обозначении зашифрована, собственно говоря, дата открытия астероида: первые четыре цифры обозначают год открытия, следующая за ними латинская буква – номер полумесяца года, в котором произошло открытие, вторая буква – порядковый номер открытия в этом полумесяце. При этом не используется буква I (чтобы не путать её с цифрой 1).

Например, Хирон получил предварительное обозначение 1977 UB. Отсюда видно, что он был открыт в начале второй половины октября 1977 г.: A – это первая половина января, B – вторая, С – первая половина февраля, D – вторая… T – первая половина октября, U – вторая. Следующая за “U” буква “B” показывает, что Хирон был вторым астероидом, открытым с 16 октября 1977 г.

В тех случаях, когда происходит много открытий в течение полумесяца (а в последние годы иначе и не бывает), в обозначение добавляются цифры в конце. Так, малым планетам, открытым после 2001 AZ, присваиваются обозначения 2001 AA1, 2001 AB1, 2001 AC1… 2001 AZ1, 2001 AA2… 2001 AZ2, 2001 AA3… 2001 AZ3 и так далее.

После уверенного определения орбиты астероид получает порядковый номер (в настоящее время число нумерованных астероидов превысило 50 000). Таким образом, астрологи могут смело использовать нумерованные астероиды в своих расчётах, не боясь, что после дополнительных астрономических наблюдений выяснится полнейшая неточность в их координатах даже на ближайшие годы. По крайней мере, это справедливо для дальних астероидов: уточнения орбит нумерованных медленных астероидов крайне редко приводят к тому, что их расчётные координаты на 2-ю половину 20 в. – 1-ю половину 21 в. меняются больше, чем на несколько минут дуги. А вот наименее надёжными являются предварительные расчёты орбит быстрых малых планет с так называемыми хаотическими орбитами, движение которых находится в резонансе с несколькими крупными планетами*.

*Очевидно, что это играет не последнюю роль в объяснении того факта, что близкие астероиды типа атонцев или амурцев не привлекают такого внимания астрологов, как дальние астероиды типа Хирона. Кроме того, чем медленнее движется планета, тем фундаментальней и мощней считается её влияние.

В конце концов, каждый нумерованный астероид получает и собственное имя – правда, может пройти много лет, прежде чем это произойдёт. Если первые астероиды назывались именами античных богинь, то затем стали использовать также имена богов-мужчин, персонажей скандинавской, египетской и прочих мифологий. Появились на небосклоне и географические имена, абстрактные понятия, имена знаменитых учёных, политиков, деятелей искусства, спортсменов, общественных организаций и даже названия цветов (Аралия, Амариллис, Петуния). При этом “божественные” имена стали присваиваться всё реже. В последние десятилетия закрепилась традиция давать мифологические имена лишь малым планетам с необычными орбитами или дальним астероидам (Фол, Несс, Харикло, Варуна).

 

^ С. Гипотетические планеты.

Обсудив классификации больших и малых планет, следует упомянуть о планетах, которые до сих пор не открыты астрономами, но, тем не менее, учитываются отдельными астрологами как гипотетически существующие большие планеты. Очевидно, что со временем гипотетические планеты переходят в разряд реально обнаруженных или же (что случается гораздо чаще) выходят из астрологического обихода – когда основания, положенные в основу предположения о существовании неизвестной планеты, показывают свою несостоятельность. Так, самая популярная среди российских астрологов гипотетическая Прозерпина относится именно к последнему типу – поскольку после открытия пояса Койпера крайне сомнительно наличие большой планеты на предполагаемой орбите Прозерпины. Это же касается наиболее популярной на Западе гипотетической Исиды (известной также как Бахус и просто Трансплутон).

Вообще, открытие пояса Койпера сделало довольно бессмысленным введение и использование гипотетических планет за Плутоном. Зачем пытаться рассчитывать движение воображаемых точек по Зодиаку, если в распоряжении астрологов теперь есть сотни реальных планет на окраинах Солнечной системы? Что же касается гипотетических планет во внутренней части Солнечной системы (например, Вулкана-Инфрамеркурия), то наличие таких планет совершенно маловероятно, поскольку при современном уровне развития астрономии сколько-нибудь значительное небесное тело, находящееся в этой области, было бы обязательно обнаружено.

  

^ D. Фиктивные планеты.

Наконец, наша классификация была бы неполной, если бы мы не упомянули фиктивные планеты – чувствительные точки гороскопа, которые не являются астрономическими объектами, существующими на физическом плане.

В широком смысле к фиктивным точкам относятся все астрологически значимые точки, не являющиеся физическими телами: куспиды домов и зодиакальных знаков, узлы орбит различных небесных тел, жребии, средние точки, Вертекс, Экваториальный Асцендент и т.д.

В более строгом понимании фиктивными планетами называют объекты, которые не представляют собой физические тела и не вычисляются на основании координат планет и куспидов путём арифметических действий. Таким образом, к фиктивным планетам не относятся куспиды, жребии, мидпойнты и другие чувствительные точки домов и знаков. Среди наиболее часто употребляемых фиктивных планет – узлы орбит Луны и планет; точки, лежащие на линии апсид орбит Луны и планет (Чёрная Луна как апогей или незанятый фокус луной орбиты, Чёрное Солнце какой-либо планеты как незанятый фокус этой планеты, Чёрные планеты как афелии планет, Белая Луна как перигей Луны, Белые планеты как перигелии); Селена (семилетняя Белая Луна) и др.

Не следует смешивать гипотетические планеты с фиктивными, поскольку в первом случае предполагается реальное наличие этих планет на физическом плане, а в случае фиктивных планет подразумевается их существование лишь на "тонких" уровнях бытия. Однако порой границы между понятиями фиктивных и гипотетических планет размываются. Так происходит в том случае, когда появляются астрономические доказательства отсутствия той или иной гипотетической планеты на физическом плане. Ряд астрологов, тем не менее, продолжает использовать эту планету, уже осознавая, что она является фиктивной. К примеру, возможность существования больших планет между Меркурием и Солнцем современными астрономами отвергается, однако некоторые астрологи продолжают использовать фиктивный Вулкан.

Особая ситуация сложилась с 8 транснептуновыми точками Гамбургской школы астрологии (Купидон, Гадес, Зевс, Кронос, Аполлон, Адмет, Вулкан, Посейдон). Они изначально были постулированы как гипотетические планеты, спустя десятилетия представителями самой этой школы стали считаться фиктивными, а в последние годы (после открытия пояса Койпера) вновь стали нередко восприниматься как гипотетические.

В последующих главах мы сконцентрируем наше внимание на реальных больших и малых планетах, оставив в стороне рассмотрение фиктивных и гипотетических планет.

  1   2   3   4




Похожие:

Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв астрология как историко-культурный феномен
Западе, то не приходится удивляться, что и там ситуация не многим лучше. В этих условиях весьма актуальными оказываются исследования,...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв астрономические открытия и астрология
...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис куталёв история астрологии (хронологический обзор) Астрология Древнего мира
Мы не будем сейчас останавливаться на конкретных астрологических традициях, а выявим лишь главные исторические этапы
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв Христианство и астрология
Особенно насыщен астрологическими элементами Ветхий Завет, да и Новый Завет открывается описанием типичной астрологической ситуации,...
Денис Куталев астрология новых планет iconОбщая астрология. Планеты А. Подводный
Взаимоотношения планет друг с другом ( а тем более троек планет) также очень неоднозначны, не только в конкретной карте, но и взятые...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв о времени рождения Владимира Путина
Установление точного гороскопа президента РФ имеет большую значимость для астрологов. Хотелось бы изложить своё мнение по данной...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв Неосевые принципы в астрологии
Поэтому выражения типа "зодиакальная спираль", "зодиакальная прямая" в лексиконе астролога должны быть не менее употребляемы, чем...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис Куталёв
Гамбургская школа астрологии это система астрологических методов, базирующаяся на разработках немецкого астролога Альфреда Витте...
Денис Куталев астрология новых планет iconДенис куталёв селена символ веры?
Тем не менее, использование этой точки представляется достаточно важным, и любой астролог, который начнёт учитывать Селену в своих...
Денис Куталев астрология новых планет iconМиу-Миу, Деваэр и Блие: мнение астролога Денис Куталев
Согласно документальным записям, сделанным при рождении, французская кинозвезда Миу-Миу родилась в Париже 22 февраля 1950 г в 10ч45м...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©lib.podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов